ЗАВИСИМОСТЬ, КАК КЛЮЧ К ЦЕЛОСТНОСТИ

Карпачов

«Я алкоголик, двадцать лет не пью!» — таким фразам обучают анонимных алкоголиков, и, как показывал мой прежний жизненный опыт, отнюдь не зря: настоящие, добротные зависимости — это вам не детский лепет; их серьёзность известна каждому, когда-либо изучавшему психологию. Настоящие зависимости никогда и ничем не вылечиваются, и сколько-угодно-летняя ремиссия ни о чём не говорит. В далекой молодости я видела, как вышел из одиннадцатилетней закодированной ремиссии парень — до этого он не брал в рот спиртного 11 лет, подумайте только! — и через несколько месяцев после первого бокала шампанского, выпитого у меня на глазах, он уже видом и состоянием вполне соответствовал запойному пьянице; через полгода пропил все квартиры и машины; через год я услышала о нём последний раз — про его белую горячку и то, что скорая ездить к нему уже устала… Настоящие, добротные зависимости — это вам не детский лепет.

Непостижимость, абсурдность этого явления поражала меня всегда: вот вроде человек же сам и излечиться хочет; и целых одиннадцать лет (к примеру) удерживаться ему удаётся; что ж такое, что вызывающий зависимость агент даже через 11 лет перерыва так на него действует?! Почему психология бессильно складывает ручки, и минорно соглашается, что — да, в большинстве случаев ничего не поделаешь; а те случаи, когда поделаешь, — безумно редки, и характеризуются нечеловеческой силой воли. А остальные… что ж, остальным не повезло. «Сегодня просто не твой день, девочка». (с) Зависимости не лечатся, приходите в другой жизни.

Процессуально-ориентированная психология рассматривает зависимости с другого ракурса: как ресурс, как ключ к пониманию собственных потребностей и вообще к счастью. Метод процессуальной работы с зависимостями выглядит очень логичным:

Любая зависимость — это потребность; потребность, прежде всего, в некоем состоянии, — которое человек не умеет достигать без агента, вызывающего зависимость. При этом, единственный «разрешенный» агент таков, что по большому счету ведет к смерти. Достаточно было бы научить человека получать это состояние самостоятельно — и сам агент уже становится ненужным; но тут мы встречаемся еще и с внутренним запретом на получение необходимого состояния другими способами. Если разобраться с этим запретом — делай всё, что хочешь! — нет нужды что-либо себе запрещать. Зависимость может (и должна!) устраняться вовсе не путём запрещений; в этом случае однократное употребление зависимообразующего агента зависимость не возобновляет; более того — осознание того, что давал алкоголь, или наркотики, или обжорство, или тот человек, от которого образовалась зависимость, — осознание того, что давала зависимость, и осознанное включение этого в свою повседневную реальность, делает человека более счастливым и более целостным. И — независимым.

Традиционный же метод борьбы с зависимостями заключается в запрещении: кодирование, зашивание и т.д. — при этом, не предлагая ничего взамен. Понятно, что подобное запрещение только придаёт зависимости дополнительную энергию. И, само собой, достаточно один раз оступиться, достаточно выпить один бокал шампанского после 11 лет воздержания, — и следует срыв. Невозможно же удержаться, человек и так 11 лет терпел, запрещал себе, жил с урезанными ресурсами, без доступа к этому состоянию, к той целостности, которую обеспечивает ему алкоголь, или там наркотики, или игры… а ведь доступ-то дать можно, — трудность только в том, что для каждого зависимого потребность заключается в разных состояниях. Собственно, для того, чтобы определить, в каком конкретно состоянии нуждается клиент, что он замещает с помощью выпивки, или наркотиков, или переедания, — собственно, как раз для этого и нужен психолог. Для того, чтобы определить, какой конкретный ресурс получает клиент от зависимости, — и научить его достигать этого ресурса без провоцирующего агента.

Наличие зависимости уже предполагает некое стремление к внутренней целостности, которое и позволяет успешно уходить от зависимости — именно к ней, к целостности. Даже слабое притяжение к чему-либо помогает понять, какое внутреннее состояние человек им замещает — и научиться привносить это состояние в свою жизнь самостоятельно, без всяких агентов.

Так что зависимость вполне можно рассмотреть как ключ к целостности.

 Ольга Подольская

Похожие материалы

Дмитрий Карпачёв

Воспитание детей

Родителям важно ничего не делать за ребёнка.

Дмитрий Карпачёв

Воспитание детей

Хорошие оценки — не равно хорошая жизнь, как и плохие оценки — не равно плохая жизнь.